Александр Александрович Фадеев (1901–1956) — один из крупнейших советских писателей, общественный деятель, журналист и военный корреспондент. Один из организаторов и идеологов РАПП. С 1938 по 1944 и с 1946 по 1954 год был руководителем Союза писателей СССР.
Важнейшие произведения: романы «Разгром», «Последний из Удэге», «Молодая гвардия».
Эвакуация
В годы Великой Отечественной войны Александр Фадеев неоднократно бывал в Татарской АССР. Руководил организацией эвакуации литературных деятелей, некоторое время жил в Казани и Чистополе. Семья писателя до июня 1942 года проживала в Чистополе. Его жена, артистка Ангелина Степанова, руководила коллективом ленинградских артистов, драмкружком при Доме учителя, играла в спектаклях.
В октябре 1941 г. выступил на совещании татарских писателей в Казани с докладом «Советские писатели в Отечественной войне». В №263 газеты «Красная Татария» от 7 ноября 1941 г. вышла его статья «Все для победы».
В Казани около месяца жил у скульптора Садри Ахуна по адресу ул. Карла Маркса, 59, кв. 38. Ахун вспоминает: «В квартире у нас было холодно и тесно. Александру Александровичу я мог предоставить лишь небольшой диван; поэтому я все удивленно спрашивал его, как он при его росте может улечься на этом диванчике. Но он с обычным юмором и бодростью отвечал, что походная жизнь приучила его ко всему. В ответ на мои извинения за отсутствие удобств, он только и просил не беспокоиться».
В начале 1942 г. лично познакомился с «патриархом» татарской литературы 30-40-х годов Шарифом Камалом. Воспоминания о встрече Фадеева и Ш.Камала зафиксированы дочерью татарского писателя, сотрудников музея-квартиры Ш.Камала Зайнаб Байгильдеевой.
Бывал Фадеев и в квартире драматурга Тази Гиззата в доме на Островского, 4. Воспоминания о встрече двух писателей зафиксировал Казбек Тазиевич Гиззат.
«Незабываемая встреча»
Воспоминания Байгильдеевой З.Ш. Апрель 1985 г.
В Казани на улице Островского есть красивый старинный особняк. Здесь проживал последние 15 лет жизни классик татарской литературы – писатель Шариф Камал (Байгильдеев). Именно здесь были им созданы его лучшие произведения: романы, пьесы, ряд публицистических статей и очерков.
У меня с этим домом связаны воспоминания о встречах, раскрывающих широкие литературные связи отца. В этом доме бывали видные писатели, артисты, режиссеры, художники, композиторы.
В моей памяти как яркая личность сохранился талантливый поэт Муса Джалиль. Он высоко ценил творчество Шарифа Камала, с большим уважением, можно сказать с благоговением, относился к моему отцу как к человеку. Он и способствовал сближению его с А.А. Фадеевым.
Будучи председателем правления Союза писателей Татарии, в конце 1939 г. Муса Джалиль письменно обратился к Александру Александровичу Фадееву. В своем письме он, после подробного анализа творчества Шарифа Камала, в заключение сделал вывод, что он заслуживает награждения.
Какова же была реакция Фадеева на это письмо Джалиля?
Если немного отвлечься и прочитать лишь часть многочисленных писем Фадеева, то станет ясно, как они отражают близкую его связь со многими видными писателями всех наших национальных республик и с зарубежными писателями, его внимательное, дружелюбное отношение к ним, его конкретные, доброжелательные советы по их произведениям, то становиться понятно, что Фадеев и на этот раз остался верным своему характеру.
Обращение Джалиля не осталось без внимания. Он нашел уместным поставить этот вопрос перед Верховным Советом СССР. Вскоре, в начале 1940 года, отец был удостоен высшей награды Родины – Ордена Ленина.
Грянула Великая Отечественная война. С конца 1941 года Фадеев несколько раз приезжал в Казань, куда в самом начале войны были эвакуированы видные писатели (с семьями) из Москвы и других городов. Писатели предварительно останавливались в «Доме печати» в Союзе писателей Татарии. Фадеев вел кипучую работу во встрече, размещении писателей, по устройству быта и организации литературно-общественной работы.
Отец, несмотря на то, то был тяжело болен (гипертония), активно участвовал во всех мероприятиях, проводимых в те дни. Не раз в это время он встречался с Фадеевым, присутствовал на его докладе «Писатели в Отечественной войне», с которым он выступил в клубе им. Тукая (в «Доме печати»). Отец сожалел, что доклад этот не стенографировали.
За время пребывания Фадеева в Казани установилась хорошая дружба с некоторыми татарскими писателями: К. Наджми, Т. Гиззат, А. Файзи и др.
В начале 1942 г. скульптор Садри Салахович Ахун (у которого Фадеев жил на квартире) познакомил его с Шарифом Камалом. Они вместе были у него. «После оживленной беседы, идя со мной домой, – говорит Ахун – он удивился скромности Ш.Камала» .
Тема героизма советского народа в Отечественной войне находит яркое воплощение в творчестве Шарифа Камала в его рассказе «Марат» и в очерках «Мы победим», «Враг должен быть разгромлен».
В один из суровых темных вечеров 1942 года, когда отец сидел за работой, к нам постучались. Вошёл высокий, стройный человек в военной шинели, в серой каракулевой шапке. Кто пришел к отцу так неожиданно, так скромно, без предупреждения, без предварительного телефонного звонка?
Этот седой, с моложавым лицом и такой обаятельный, даже с застенчивой улыбкой человек был – Александр Александрович Фадеев.
В самые тяжелые дни нашей Родины проездом с фронта, Фадеев нашел время прийти к отцу. Он заботливо, с большой теплотой расспросил о его здоровье, о творческих планах. Они долго, доверительно беседовали о задачах, стоящих перед писателями в условиях военного времени. Когда я привела свою двухлетнюю дочку Эльвиру, он, глядя на дочку, с оживлением заявил: – Моя семья тоже здесь. Они сейчас в Чистополе. Это были его мать – Антонина Владимировна и жена Ангелина Осиповна с сыном Сашей.
На конкретный вопрос Фадеева, над чем сейчас Шариф Камал работает, отец рассказал сюжет своей начатой пьесы «Сафура», посвященной Отечественной войне. К сожалению, работа над этой пьесой была прервана тяжёлой болезнью и смертью отца (22 декабря 1942 г.)
Это скорбная весть застала Фадеева на фронте. Он с действующей армии в письме от 5 июля 1943 года на имя писателя Хасана Хайри писал:
«…и только сегодня узнал о том что Шариф Камал, этот замечательный старик и прекраснейший писатель, у которого я столько раз бывал в гостях и которого так любил – умер. Как теперь выяснилось, он умер в те дни, когда я находился на Ленинградском фронте и газеты, в которых сообщалось о его смерти, до меня не дошли. Хотя и очень запоздал – я хочу передать всем деятелям советской литературы свое глубокое соболезнование. Прошу передать мой самый сердечный привет и мою глубокую скорбь семье покойного. Напишите мне, каково материальное положение его семье, не нуждаются ли они в чем-нибудь» (Р. Порман).
Все это еще раз свидетельствует о глубокой человечности, удивительной чуткости Фадеева о его гуманном отношении к людям. Об отношении Александра Александровича к людям, к делу, не скажешь лучше его самого:
«… А между тем любому делу, …любому человеку с которым связывала меня судьба, я по характеру своему, отдавал всего себя, не щадя сил, беззаветно, во всю силу души и таланта» (Письмо М.И. Алигер 21/ХI - 44 г.)
Надо отметить, что он активно участвовал в развитии и укреплении межнациональных связей советских литератур. Устанавливал личные контакты с татарскими писателями. После смерти Шарифа Камал, распоряжением СНК РСФСР и ТАССР в его квартире, в 1950 году был открыт мемориальный музей, ставший фактически литературным памятником.
Первоначальная экспозиция была построена по принципу литературных музеев. В 1980 году был перестроен как чисто мемориальный музей квартира. Сейчас воссоздана атмосфера жизни и творчества писателя, восстановлена та обстановка, в которой и были встречи отца с Александром Александровичем Фадеевым. Неслучайно одно из центральных мест в музее занимает большая фотография Фадеева (снимок 1940 г.). Неоднократно вглядываясь в его лицо в этом фото, я снова, и снова вспоминаю о незабываемой встрече отца с этим талантливы писателем, с прекрасным человеком земли советской. При встречах в музее, особенно с молодёжью от души делюсь со своими впечатлениями о его незаурядных человеческих качествах.
Немного о себе. В свое время я окончила Казанский химико-технологический институт им. С.М. Кирова и работала по своей любимой специальности – химиком. После смерти отца его личный архив хранился у нас в семье. Когда на основе правительственных решений стал вопрос об открытии в его квартире мемориальный музей, мне, для участия в этом деле, пришлось «временно» перейти на работу в литературный отдел Госмузея ТАССР. Итак, я «временно» проработала в музее двадцать лет.
У меня трое детей. Богата я внуками. Их у меня пятеро. Одна внучка студентка, а остальные школьники. Сейчас я на пенсии. Счастлива тем, что до сих пор не прерываю связи с родным для меня музеем: даю консультации и выступаю с воспоминаниями.